Снова одни свалки. Житель Бирюча Николай Цыкаленко озадачился состоянием площадок для сбора ТКО

Ветеран журналистики Николай Цыкаленко, проживающий в городе Бирюч, обратился в нашу редакцию с письмом, в котором обозначил проблему захламления существующих площадок для сбора твёрдых коммунальных отходов (ТКО) крупногабаритным мусором и растительными остатками с приусадебных участков. Чего уж скрывать, действительно, в городе Бирюч, как впрочем и в других населённых пунктах муниципального округа, всё вокруг контейнеров по весне превращается в свалку. Многие тащат к ним всё, что посчитали ненужным в своём дворе. Посмотрите на снимок, который прислал в редакцию Николай Иванович. Кто-то притащил трубу, всякий хлам. И делают это не дети-несмышлёныши, а взрослые дяди и тёти.

Контейнеры тоже забиты под завязку. Чем? Естественно, не только бытовыми отходами, а всем, что подвернулось под руку. Всяким мусором, травой, бурьяном. Выгребаем в своём дворе, что накопилось за зиму, и тащим в контейнеры. А некоторые бросают не в них, а рядом. Мол, добрые дяди приедут и всё подберут, вывезут.

«На моих глазах мужчина лет пятидесяти – вполне, казалось бы, здравый и разумный человек – тащит к контейнерной площадке чуть ли не мешок мусора. Подносит его к контейнеру и бросает рядом. Затем разворачивается и как ни в чём не бывало уходит. Я остановил его и сделал замечание. "Что вы меня учите, как надо делать?" – раздражённо бросает мужчина. – "Я сам знаю, что и как нужно делать!" С тем и ушёл, гордо подняв голову», – отмечет в своём письме Николай Цыкаленко.

А вот ещё один пример, который приводит неравнодушный горожанин. Один из жителей на тачке навозил со двора к контейнерам гору мусора, копившегося прежним хозяином многие годы. Цыкаленко сделал ему замечание. А в ответ – отборная брань. Вам, мол, какое дело? Что хочу, как хочу, так и делаю. И нечего мне указывать!

«А ведь многое, что тащат к контейнерам, вполне пригодилось в хозяйстве. В качестве удобрения (компоста).  Для него сгодилось бы всё. Бурьян, трава, которыми забивают контейнеры. В компост пошли бы и многие бытовые отходы, улучшили его качество. Ведь раньше, когда не было всех этих контейнеров, когда никто ничего не вывозил, мы как-то обходились своими силами. Управлялись без посторонней помощи», – выразил мнение наш внештатный автор.

Николай Цыкаленко в своём письме отмечает, что часто вспоминает свой хуторок Чапаев, который затем вошёл в состав села Весёлое. Было там всего десять хаток. Все они были ухожены. Возле дворов не было ни гор мусора, ни строительных материалов, «украшавших» позже многие населённые пункты. Возле каждого дома аккуратные палисаднички, цветы, зелёная травка.

«Прекрасно! Вспоминаю – и душа млеет, радуется. Очень жаль, что всего этого уже нет. Нет этих удивительных хуторов – Чапаева, Мартыновки и многих, многих других. Канули в Лету. И жили в этих хуторах прекрасные люди. Трудолюбивые, любившие всё, что их окружало. Делали эту красоту своими руками. Не захламляли ни дворы, ни придворные участки. Сажали деревья, цветы, старательно вели за ними уход. Прямо к нашему хутору примыкала лесная полоса. Была она чистая, ухоженная. Никто не тащил туда мусор, бытовые отходы. Такое никому и в голову не приходило», – пишет автор.

В заключении своей корреспонденции ветеран журналистики размышляет о том, что человек, любящий природу, свой город, село никогда не причинит им вреда. Наоборот, будет делать всё от него зависящее, чтобы они становились ещё уютнее, красивее, радовали глаз, ласкали душу.

«Однако людей, не привыкших ценить чужой труд, прекрасное, вряд ли стоит призывать поступать таким же образом. Их могут вразумить только плётка или рубль, который придётся выложить за содеянное. Разумеется, плётку сейчас никто не применяет (что очень жаль), а вот рублём наказывать следовало бы. Глядишь, и не было бы всех этих свалок, «украшающих» наши населенные пункты», – подытоживает Николай Иванович.