Всегда начеку. Житель Красногвардейского округа Иван Курепин прослыл ответственным человеком

Здесь живописные места – к селу прилегает пруд, лес, много солнца и свежего воздуха. Всё располагает к уединению и отдыху. Но говоришь об этом Ивану Курепину, он, улыбаясь, пожимает плечами:

«Может быть и так, не скрою. В наших местах действительно хорошо, особенно в летне-осенний период. Грибы практически в огороде растут, а уж в лесу – бери не хочу. А какой вкусный чай из боярышника или шиповника, варенье из лесных ягод. Стада коров, овец паслись в обширных лугах, ручей был заполнен водоплавающей птицей. Зубы сводила ключевая вода. Трудно было сосчитать родники, благодаря которым «открылся» Малоалексеевский пруд, ставший объектом выращивания рыбы. Красота неописуемая».

Иван Петрович оказался разговорчивым, открытым человеком, которого бы с интересом слушал и слушал. Любит он свой родной край, славящийся лесниками и лесоводами. Земляки Курепина Хреновской лесной техникум считают своим. Десятки выпускников местных школ прошли через его коридоры, стали мастерами леса.

«Иван Головин у многих парней воспитал любовь к лесу, которому посвятил свою трудовую жизнь, дослужившись до должности лесничего, – говорил Курепин. – Знаток своего дела, ценят его в наших местах. Носит почётное звание заслуженного работника лесного хозяйства РСФСР. Отцу с ним приходилось растить лес, покуда не сказала своё слово моя мать Наталья Арсентьевна».

О трудолюбии этой женщины говорит тот факт, что значительное время она прибывала на колхозном кирпичном производстве, славившемся выпускаемой продукцией, заполучить которую приходилось трудновато. Хозяйство из собственного строительного материала возводило фермы, мастерские, куда значительная часть которого и направлялась. Частникам же кирпич отпускался в порядке очереди. Тогдашний председатель «Ленинской искры» Иван Горбов радел о её тружениках. Добрый был человек, понимал подчинённых.

Именно Иван Иванович изменил трудовую судьбу родителей Ивана Курепина. Отца Петра Емельяновича увёл из леса скотником на Марьевскую молочно-товарную ферму, а мать Наталью Арсентьевну уговорил перейти свинаркой на Репенскую ферму. Позже оптимизация животноводства привела к ликвидации Марьевской МТФ. И пошли супруги одной дорогой – на ферму. Наведывался туда и Иван.

Бывало, кончаются уроки в школе – и мальчуган тут как тут, в кругу родителей. Положим, отец и сам вполне управлялся, но не гнать же парня! Сена покидает в кормушки, силос подберёт с прохода – дело всегда находилось. Нравилось подростку село, деревенские заботы и тревоги, по сей день не может объяснить, почему выпускника восьмилетки так влёк экскаватор, которого-то и в глаза не видел в Репенке.

Рассказы соседа, трудившегося на ГОКе в Старом Осколе на могучей машине, сделали своё дело. Вопреки советам родителей остаться в родных местах Иван оказался в стенах Белгородского ГПТУ–17, овладел профессией экскаваторщика. Однако трёхгодичная учёба в профтехучилище разочаровала парня. Из головы не выходили родные места, влекли животные, за которыми и стал ухаживать дипломированный экскаваторщик на Репенской МТФ, заменивший ушедшего на пенсию отца.

Семь лет Иван Петрович опекал крупный рогатый скот, покуда его не постигла участь марьевского. «Долгожителями» оказались свиньи, охрану которых доверили Ивану Курепину. Но через три года и тех не стало в Репенке. Оказался охранник, как говорится, у разбитого корыта. Один ли он? С распадом колхоза оказались невостребованными все его земли. Каждый из них стал спасаться, как говориться, как мог. Иван Петрович обрёл профессиональный приют в Марьевской средней школе. Три года проработал истопником. Каждый из них приходилось держать «экзамен». Должность вводилась на отопительный период. Никаких замечаний Курепин не имел, чётко справлялся со своими обязанностями, но в четвёртый раз директорский «экзамен» провалился. Родственник «выдержал» конкурс.

То ли в радость, тол ли на беду в «Знамени труда» опубликовали объявление, что сельскохозяйственному предприятию требуются охранники. Кроме номера телефона больше никакой информации. Рабочие руки же требовались в соседнем «Большевике», куда и направился Иван Курепин. Встреча была короткой и результативной. На следующий день кандидат в охранники заступил на вахту. 16 лет назад.

Немудрёное вроде бы это дело – охрана. Но только ли в «мудрёных делах» красота и привлекательность труда?! Важно, как сам человек смотрит на свою работу, что он ждёт от неё – конечного результата, выгоды для себя или для хозяйства.

Иван Курепин в нашей беседе вспомнил об ухищрениях ночных несунов. Отменный урожай кукурузы на зерно вырастили земледельцы на колхозных полях. Растения в три метра, на каждом по 2-3 увесистых початка. Хороший корм для скотины, но как им обзавестись за бесплатно. Плантации взяли под контроль руководители, специалисты, служба охраны. «Облегчать» урожай королевы полей стало проблематичнее. Расхитители отодвинули сроки своей наживы до уборки плантации, нарезая по ней на грузовиках и тракторах круги, прижимая растения к земле. Когда же комбайны покинули массив, дружно взялись за подбор початков.

От соседей по «Большевику» в своё время приходилось слышать и такое. Поля ураковские и прилепские разделяет лесополоса, к которой вплотную прилегают овраги, а по пересечённой местности в осеннюю дождливую погоду дорога становится непроходимой. В Большебыково задумались о целесообразности размещения на одном из участков сахарной свёклы, дабы не осталась она на поле.

«Не волнуйтесь, соседи. Земля соседа – не чужая земля, поможем вам с уборкой», – подчёркивали прилепцы.

Безусловно, юморил товарищ, но был в этом и тонкий намёк.

Ивану Курепину приходилось охранять и технику на полях во время уборочной страды, и поля многолетних трав, покрытые рулонами и тюками сена, и молочно-товарные фермы.

Голь, как говорится, на выдумку хитра. Продукция с последних нередко доставлялась в грелках за пазухой, всё это было. Время порой диктовало своё. Зарплата никак не покрывала расходы, да и та выдавалась с задержкой. Жизнь же не остановить.

В правлении колхоза приходилось зачастую с этим считаться, ограничивались предупреждениями. В основном всё это осталось в прошлом, но охрана всегда начеку.

С вводом животноводческого комплекса Курепин обрёл на нём своё рабочее место – на проходной. Казалось бы, следи за прохождением людей через неё, пропускай трактора, и в свободное время «нажимай» на диван. Ан – нет! Не привык Иван Петрович находиться без дела. На проходной мы застали его в момент приведения стен в санитарный порядок. Не стал он ожидать, когда уборщица займётся, у которой всегда много хлопот. Здесь же в углу здания находился триммер, ещё не успевший остыть. На прилегающей к  проходной территории дожди спровоцировали активный рост зелёнки, под нулёвку и «постриг» её Иван Петрович.

«Не могу трутневать, когда рабочее место не прельщает, – говорил Курепин. – Привык к порядку».

В коллективе о нём отзываются с уважением. Руководители и специалисты знают: Курепин не подведёт. Если он дежурит, значит, подъездной путь к «Большевичке» в зимний период будет по необходимости посыпан солевой смесью, и цветы не забудет полить в период летнего зноя, а также проверит сохранность движимого и недвижимого имущества на комбикормовом заводе… Такой он, Иван Курепин.